15.00. Пробежали от дома сначала двое: мужчина и женщина к углу справа по Анисимова — Иванова, затем группа боевиков-ополченцев со стариком, но старика, видать, ранило и его перебинтованного несли на носилках.

А события развивались так. Сильные удары потрясали дом раз за разом. Может быть и были попадания в наш дом, не знаю, но по Иванова переулку только в саманные дома, стоящие рядом с уже разбитым угловым попаданием было прямых четыре попадания ещё два уже на другой стороне. Из окна, смотря влево, виден разбитый дом, третий от начала.

Всё это время был занят домашними работами. Разобрал софу и перенёс её в маленькую комнату. Убрал с тумбочки телевизор, а тумбочку приставил к стене. Так удобнее подходить к окну. Убрал палас из первой комнаты и прибил его конец на окно. Получилось хорошо. Прибил до форточки, чтобы свет попадал в комнату. Буду уезжать, если хорошо всё кончиться, забью окна паласом и рейками. Для этого придётся его порезать на куски, но что сделаешь?

Газа нет — готовить нечем. Да и такой обстрел, что выходить на кухню и в первую комнату не хочется. Пообедал куском, мною ранее приготовленного хлеба с солёным помидором и запил чаем, согретым на сухом горючем. А тем временем всё грохочут взрывы, летят осколки, щепки и прочее…

13. I. 1995 г. Спал плохо. Обстрел ночью прекратился, и я поднялся из бойлерной в квартиру. Поднялся в 7.15 из-за начавшегося сильного обстрела. Сразу же наспех одевшись, спустился в бойлерную. Обстрел был настолько интенсивный и, как нам казалось, вёлся прицельно по нашему подъезду. Огонь от взрывов пробивался даже между панелями. У меня начали мёрзнуть ноги и в перерыве между обстрелами я поднялся домой надеть валенки.