- Когда?

- Ну, полчаса, час - не помню...

- Куда она делась?

- Пошла в горком комсомола.

С Инкой всегда так: договоришься встретиться в одном месте, а ее понесет в другое. Я обозлился:

- Почему ты сразу не сказала?

- А почему ты сразу не спросил?

Мальчики слева играли лучше. Погашенный мяч ударился о землю на правой стороне площадки. Девочка резко повернулась ко мне.

- Что ты пристал? - спросила она. - У меня только и забот что караулить Инку!

Ну что было спрашивать с этой отягощенной заботами девчонки?

- Не волнуйся, они все равно проиграют, - сказал я и пошел к воротам. Мне так нужна была Инка. Мне так необходимо было рассказать ей, зачем меня вызывали в горком. Но снова идти в горком не имело смысла: ее наверняка там давно не было.

Я постоял на улице. Бархатно-черные тени акаций резко отделялись от выбеленной солнцем мостовой. На другой стороне тянулась низкая ограда порта. За пологой кромкой берега неподвижно переливалось море. И на желтом песке чернели просмоленные борта парусно-моторных баркасов.

Все еще не зная, куда идти, я пошел по улице. Инка догнала меня на углу и, часто дыша, забросала словами:

- Я уже все знаю... Я так бежала, так бежала! Я обегала весь город. - В этом она могла меня не уверять: представить ее спокойно идущей по улице, когда она меня ищет, было просто невозможно. - Наши на пляже. Женя устроила Витьке скандал: она боится, что его пошлют в город, где нет консерватории.

Инка торопилась выговориться, пока я ее не остановил.

- Ты только подумай, - говорила она, - папа и ты - вы оба военные. Папа, наверное, получит капитана. Его аттестовали на майора, но он говорит, что получит капитана...

Был единственный способ остановить поток Инкиных слов:

- Ты откуда сейчас появилась?

- Из школы.

- А как ты попала в школу? Через забор?

- Не могла же я обегать целый квартал. Ты подумай, я заглянула через забор - увидела Райку. Она злющая оттого, что проигрывает Юрка. Райка сказала, что ты только что вышел на улицу.