- А почему соколом не смотришь? - спросила голова.

- Я смотрю, - ответил Иван.

- Ты в пол смотришь.

- Сокол же может задуматься?

- О чем?

- Как дальше жить... Как соколят вырастить. Пожалей ты меня, Горыныч, - взмолился Иван.

- Ну сколько уж? Хватит...

- А-а, - сказала умная голова. - Вот теперь ты поумнел. Теперь иди за справкой. А то начал тут... строить из себя. Шмакодявки. Свистуны. Чего ты начал строить из себя?

Иван молчал.

- Становись лицом к двери, - велел Горыныч.

Иван стал лицом к двери.

- По моей команде вылетишь отсюда со скоростью звука.

- Со звуком - это ты лишка хватил, Горыныч, - возразил Иван. - Я не сумею так.

- Как сумеешь. Приготовились... Три, четыре! Иван вылетел из избушки.

Три головы Горыныча, дочь и Баба-Яга засмеялись. - Иди сюда, - позвал Горыныч невесту, - я тебя ласкать буду.

x x x

А Иван шел опять темным лесом... И дороги опять никакой не было, а была малая звериная тропка Шел, шел Иван, сел на поваленную лесину и закручинился.

- В душу как вроде удобрения свалили, - грустно сказал он. - Вот же как тяжко! Достанется мне эта справка...

Сзади подошел Медведь и тоже присел на лесину.

- Чего такой печальный, мужичок? - спросил Медведь.

- Да как же!.. - сказал Иван. - И страху натерпелся, и напелся, и наплясался... И уж так-то теперь на душе тяжко, так нехорошо - ложись и помирай.

- Где это ты так?

- А в гостях... Черт занес. У Бабы-Яги.

- Нашел к кому в гости ходить. Чего ты к ней поперся?

- Да зашел по пути...

- А "уда идешь-то?

- К Мудрецу.

- Во-он куда! - удивился Медведь. - Далеко.

- Не знаешь ли, как к нему идти?

- Нет, Слыхать слыхал про такого, а как идти, не знаю. Я сам, брат, с насиженного места поднялся... Иду вот тоже, а куда иду - не знаю.

- Прогнали, что ль?