- Что же там будет написано? - спросил Слепуха. - Про экскаваторы?

- Что вы? Я не люблю грохота. Я работаю над теорией землережущих инструментов.

- А какие же это инструменты?

- К землережущим инструментам можно отнести лопату, лом, кирку, заступ, мотыгу, черенковый совок...

- Очень интересно, - сказал Слепуха, сдерживая изо всех сил улыбку. В первый раз слышу про теорию лопаты.

- Помилуйте! Экскаваторы только недавно появились, а лопата служит человеку тысячелетия. В теорию лопаты входит широкий круг вопросов различные виды этого инструмента, устройство и составные части лопаты, погрузка с ее помощью земли в тачки и грабарки, профили выемок, коэффициент полезного действия...

- Простите, перебью вас. Не можете ли вы сказать, от чего, например, зависит этот самый коэффициент?

- Извольте, - ответил профессор, - коэффициент полезного действия лопаты зависит от длины рукояти, от площади совка лопаты, от состояния режущей части. Соотношение этих элементов и дает нам требуемую формулу.

Слепуха вежливо проводил профессора до его "Москвича", потом поспешил к товарищам рассказать о чудаке-ученом.

Была еще одна встреча.

Она случилась как-то ночью. На линии, питающей экскаватор, упало напряжение, и машина стояла. Слепуха сидел в кресле и вел разговоры с Иваном Селиверстовым.

Дверца кабины отворилась. Вошел высокий худой человек в ватных штанах, в телогрейке.

- Дождь. Холодно. Разрешите погреться.

Слепуха узнал немецкого военнопленного, который работал в бригаде по обслуживанию "Уральца". Пленные перетаскивали кабель, укладывали шпалы для настилов под гусеницы.

- Садитесь, - сказал Слепуха. - Все равно стоим. Закуривайте.

- О, русская папироса, - обрадовался немец. - Данке шон.

За четыре года, проведенные в плену, немец выучился говорить по-русски. Он рассказал, что больше трех лет работал на восстановлении разрушенного Смоленска, а полгода назад их привезли на Волго-Дон.