За столом сидел грузный мужчина с большим львиным лицом и сердито кричал в трубку. Два других стола были свободны. Кончив кричать, мужчина положил трубку, посмотрел на Слепуху.

- С чем пожаловали?

Слепуха протянул документы.

- Вас-то мне и надо, - угрюмо сказал мужчина. - Будете старшим инженером экскаваторного отдела. Вот сюда, прошу, - мужчина указал на соседний стол.

- Я экскаваторщик. Инженером никогда не работал.

- Прошу. Мне некогда. Садитесь и принимайтесь за дела.

- Я экскаваторщик, - твердо повторил Слепуха. - За столом работать не умею.

Раздался телефонный звонок. Мужчина взял трубку.

- Где? Когда? Сколько машин? - спрашивал он, и на его угрюмом лице появилось подобие улыбки. - Хорошо. Будем принимать меры.

- Ваше счастье, - сказал он Слепухе, положив трубку. - В Красноармейск пришли вагоны с экскаваторами. Поедете туда. Разгружайте, собирайте, монтируйте. Буду вам подбрасывать людей. Чтобы в мае машины уже закрутились.

- А какие машины пришли?

- "Уральцы". Знаешь их?

- Встречался, - ответил Слепуха. - Кем же вы меня берете? Экскаваторщиком?

- Потом поговорим на эту тему. В Красноармейске...

Так Слепуха познакомился с Дмитрием Константиновичем Зенкевичем, одним из старейших советских экскаваторщиков.

Через два часа он уже ехал в попутном грузовике через степь. Земля вздрагивала и плыла в теплом мареве. Широкие балки резали степь, вдалеке маячили невысокие холмы. Длинные прямоугольники пашен чернели на косогорах.

Широкоплечие мачты шагали через степь, через балки, на горизонте медленно полз поезд, белый дым столбом стоял в небе.

Машина выехала на вершину холма, и Слепуха вдруг замер от восторга. Впереди раскрылось широкое безбрежное пространство. Серебряная полоса Волги протянулась через всю степь, прочерчивая ее от края до края. На берегу виднелся трудовой город: там двигались машины, ворочались стрелы портальных кранов - это был Красноармейск.