– Я инспектор из 03Г. Есть трудности?

ОЗГ означает Отдел защиты гостиниц. Это один из отделов крупного агентства, следящего за людьми с фальшивыми чековыми книжками и теми, кто покидает гостиницы по черной лестнице, оставив неоплаченные счета и подержанные чемоданы, набитые кирпичами.

– Трудности, братец, – громко сказал клерк высоким голосом, – это всегда что-то свеженькое, их не предугадаешь.

Понизив голос на четыре или пять делений октавы, добавил:

– Как, ты сказал, твое имя?

– Марлоу, Филип Марлоу...

– Хорошее имя, братец. Чистое и бодрое. Ты сегодня выглядишь в полном порядке, – он еще понизил голос. – Но ты не из ОЗГ. Ни одного не видел оттуда, никогда.

Лысый негр разнял руки и вяло показал на табличку:

– Это подержанная табличка. Я ее купил для солидности.

– О'кей, – сказал я. И, слегка склонясь над стойкой, стал вращать на ее обшарпанной поверхности полдолларовую монету.

– Слышал, что случилось сегодня утром во «Флориансе»?

– Братец, я забыл, – теперь оба его глаза были широко открыты и он неотрываясь смотрел на световое пятно, создаваемое вращающейся монетой.

– Убрали босса, – сказал я. – Человека по имени Монтгомери. Кто-то свернул ему шею.

– Упокой господь его душу, братец, – голос стал еще тише. – Фараон?

– Частный детектив.

Поизучав меня пару секунд, он закрыл глаза и задумался. Вскоре опять открыл и вновь уставился на монету.

– Кто это сделал? – еле слышно спросил он. – Кто расправился с Сэмом?

– Крутой парень, недавно из тюрьмы. Он страшно расстроился, что «Флорианс» – заведение не для белых. А ведь когда-то, кажется, было, Может, ты помнишь? Он ничего, не сказал. Монета, перестав вращаться, с легким звоном упала с ребра и затихла на стойке.

– Заказывай музыку, – сказал я. – Я прочту тебе главу из Библии или куплю выпить. Скажи только, что предпочитаешь?

– Братец, я предпочитаю читать Библию в кругу семьи, – его яркие лягушачьи глаза были спокойны.