— Толком нет. Видите ли, тут замешана другая женщина. Женщина гораздо старше Ника. — Девушка побледнела от ревности.

— Он, должно быть, лишился рассудка.

Я хотел ей польстить. Но она поняла меня буквально.

— Конечно. Ник никогда не стал бы делать ничего подобного, будь он в своем уме.

— Расскажите мне, что он делал.

И тут впервые за время нашей беседы девушка задержала свой взгляд на моем лице.

— Не могу. Я ведь вас совсем не знаю.

— Меня знает ваш отец.

— Правда?

— Позвоните ему, если не верите.

Она перевела взгляд на телефон, стоявший на столике около дивана, потом на меня.

— Значит, вы работаете на Чалмерсов? Они папины клиенты.

Я не ответил.

— Для чего вас наняли родители Ника?

— Ответа на этот вопрос не будет. Зря тратим время. Мы оба хотим, чтобы Ник снова стал прежним. Поэтому нам следует помогать друг другу.

— Как я вам могу помочь?

Я почувствовал, что подобрал к ней ключ.

— Вам явно нужно излить душу. Вот и расскажите мне, что натворил Ник. — Я все еще стоял как незваный гость, но тут, не дожидаясь приглашения, сел на диван. Девушка робко подошла к дивану и примостилась на валике подальше от меня.

— Если я вам расскажу, вы не передадите мои слова родителям Ника?

— Разумеется, нет. А что вы имеете против его родителей?

— В сущности, ничего. Они славные. Я знаю их с детства — мы ведь соседи. Но мистер Чалмерс слишком суров к Нику. Уж очень они разные. К примеру, Ник не одобряет войны, а мистер Чалмерс считает это антипатриотичным. Он отличился в последней войне, и поэтому у него несколько косные взгляды.

— Что он делал во время войны?

— Служил в морской авиации, он тогда был моложе Ника. Ник ему кажется ужасным бунтовщиком. — Она замолчала. — Но на самом деле он вовсе не бунтовщик. Хотя, не стану отрицать, одно время Ник придерживался крайних убеждений. Но со всем этим покончено несколько лет назад, еще до того, как Ник вернулся в университет. Вплоть до прошлой недели дела шли как нельзя лучше. А потом все полетело в тартарары.