— Я должен быть потрясен?

Тратвелл посмотрел на меня так, будто я издал неприличный звук или заметил, что его произвел кто-то другой.

— Как видно, я вам так ничего и не сумел объяснить. Дед Ларри Чалмерса участвовал в Гражданской войне, потом поселился в Калифорнии и женился на испанке — наследнице больших земельных участков. Ларри сам герой войны, хоть и не любит об этом рассказывать. Поэтому в нашем лишенном традиций обществе он может считаться аристократом, если допускать, что они у нас вообще имеются. — Он следил за тем, какое впечатление произведет на меня последняя фраза: похоже, он произносил ее не впервые.

— А что вы скажете о миссис Чалмерс?

— Ну, Айрин никак не назовешь аристократкой. Но, — добавил он с неожиданным пылом, — она удивительная красавица. А что еще требуется от женщины?

— Однако вы так до сих пор и не сказали, что же у них стряслось.

— Видите ли, мне и самому тут не все ясно. — Взяв со стола большой лист желтой бумаги, Тратвелл уставился на неразборчивый текст. — Надеюсь, с незнакомым человеком они будут более откровенны. — Я стал было подниматься, и тут он изложил мне суть дела: — Пока Чалмерсы проводили уик-энд в Палм-Спрингсе, их дом ограбили. Но ограбление было не совсем обычным. Как говорит Айрин Чалмерс, из ценных вещей похитили только старинную золотую шкатулку, которая хранилась в кабинетном сейфе. Сейф этот я видел. Судья Чалмерс приобрел сейф в двадцатых годах — открыть его далеко не просто.

— Мистер и миссис Чалмерс известили полицию?

— Нет, и не собираются.

— У них есть слуги?

— Приходящий слуга-испанец. Но он у них больше двадцати лет. Кроме того, он отвозил их в Палм-Спрингс. — Тратвелл замолк и покачал седой головой. — Однако, судя по всему, действовал кто-то из своих.

— Вы подозреваете слугу, мистер Тратвелл?