Ему предстоял долгий и тяжелый путь. Идти надо было на север.

— Лейтенант Карцев есть?

Карцев, вторые сутки лежавший на верху двухъярусной койки, с тр\ дом оторвался от своих мыслей и повернул голову на голос. В дверях барака стоял солдат с красной повязкой на рукаве, недовольным взглядом обшаривая ряды коек.

— Есть, — отозвался Карцев, садясь. — В чем дело?

— К майору Карпову! — сказал солдат и повернулся к выходу.

— Эй! Подожди! — торопливо остановил его Карцев, спрыгнув на пол — Где мне его искать?

— В штабе, естественно, — высокомерно ответил солдат.

— А кто он? Я тут недавно… — оправдывающимся тоном спросил Карцев.

— Начальник особого отдела, — ответил солдат с усмешкой. — Как войдете в штаб, направо до конца коридора…

Карцев торопливо натянул сапоги, также торопливо вышел из барак; и пошагал к штабу. Солнце пекло немилосердно. Подойдя к входу в штабной барак, Карцев приостановился, чтобы вытереть пот с лица. Его ладонь ощутила солидную уже щетину — последний раз он брился перед вылетом с заставы. Все вещи остались в злополучном вертолете, здесь же он ничего и никого не знал. С тех пор, как Карцев добрался до гарнизона, он практически ни с кем не разговаривал. Узнал только, где ему можно спать, где столовая да туалет. Никаких распоряжений не получил, хотел было пойти на утренний развод, да сообразил — без потерянного «головного убора» не стоит, точнее — нельзя.

За эти полтора дня несколько раз сквозь апатию в нем пробивалось удивление — никого не интересовало происшедшее с ним.

«Ну пусть это не подвиг, но все-таки, наверное, история не из тех, что случаются часто», — думал Карцев.