— Я просто констатирую факт, — ответил Никита. — Сочувствовать нет смысла — ведь теперь у вас все это есть, а издеваться над родной матерью себе дороже.

— Это верно, — согласился Данилов. — Ты на удивление рассудителен.

— Что есть, то есть, — согласился скромный мальчик. — Недаром столько сладкого ем, глюкоза — она для мозгов очень полезна…

Данилов с Еленой рассмеялись.

— И нечего смеяться, — обиделся Никита. — Сами похвалят, а потом смеются. Я действительно хорошо соображаю. Вот, если бы я стал врачом, то я бы не работал ни на «скорой», ни в морге. Я бы занялся иглоукалыванием!

Никита не раз «примерял на себя» то одну, то другую медицинскую специальность, находя в каждой из них какую-то особую прелесть, поэтому Данилов сразу же спросил:

— Почему именно иглоукалыванием?

— Потому что это востребовано, прибыльно и клиенты ведут себя хорошо — не хамят и не качают права.

— Насчет востребовано и прибыльно более менее ясно, но объясни, почему клиенты не хамят? — сказал Данилов. — Хамство, насколько мне известно, иглоукалыванием не лечится.

— Лечится! Еще как лечится! Каждый клиент понимает, что не стоит злить врача. А то он выберет иголку потолще и подлиннее и как засадит ее в самую болезненную точку!

— Слушай, а это мысль! — одобрила Елена. — Не насчет иголок, конечно, а насчет физиотерапии вообще.

— Ну-у, если только допустить, что…

— Смотри. Работаешь с относительно компенсированными пациентами, это раз.

Елена подняла правую руку и загнула мизинец:

— Работа интересная, вдумчивая. Много методов, много возможностей. Это два. Никакой грязи, кроме лечебной. Это три. Нет ночных дежурств, это четыре. Работать можно где угодно, что с учетом твоего характера очень ценно. Это четыре.

— У меня такой скверный характер? — искренне удивился Данилов.