– Нет, мое предложение чуть более реально. А для начала я задам несколько странный вопрос. Что вам известно о чаше Грааля?
– Отвечать, как в воскресной школе? – Джонс откинулся на спинку стула (заложить руки за голову помешала шляпа), а ноги чисто по-американски скрестил в форме четверки: классическая поза менеджеров. – Или как в университете?
Хозяин кабинета немедленно принял точно такую же позу – впрочем, ни тот ни другой не обратили внимания на столь забавный обмен жестами.
– Как вам удобно.
– Вопрос действительно странный. Или вы собираетесь предложить мне написать работу по этой теме? Монографию?
– Инди, – твердо сказал Бьюкенен. – Надеюсь, вы ни на что подобное не намекаете, но я никогда не подписываю чужих монографий своей фамилией. И никогда бы не рискнул предложить вам такую сделку.
– Возможно, месье Джонс испытывает некоторое затруднение с ответом на вопрос о чаше? – напомнил о своем существовании француз. Он внимательно следил за разговором из угла кабинета.
– Если вы настаиваете… – сказал доктор Джонс надменно, после чего сменил позу, обхватив руками колено. – Грааль – очень древний символ. Этот образ впервые возникает в кельтском эпосе, в цикле короля Артура, и в более поздних авторских переложениях. Например, в таких рыцарских романах, как «Смерть короля Артура» Томаса Мэллори, «Персиваль» Этьена де Труа, «Парцифаль» Вольфрама фон Эшенбаха. Само слово происходит либо от латинского «sang real», что означает «истинная кровь», либо от ирландского «cryol» – «чаша изобилия». Упоминается чаша Грааля и в Библии, точнее, в евангельских сюжетах
– Достаточно, – сказал Бьюкенен и повернулся к Ренару. – Ну что, вполне убедительно? Я ведь говорил вам – этот парень подходит нам как нельзя лучше!
– Что вы знаете о легендах, связанных с Граалем? – спросил Ренар доктора Джонса.
– Я знаю о легендах, связанных с Граалем, – неприветливо ответил тот. – Например, его считали волшебным сосудом, который не иссякает. Кто-то, например фон Эшенбах, считал лучезарным драгоценным камнем. Кто-то надеялся, что Чаша дарует бессмертие… Я, господа, предпочитаю иметь дело только с объективно научными сведениями. То, о чем я сказал вам раньше – факты, которые полностью лежат в сфере исторической науки, а легенды требуют тщательной проверки.