"Надо же было так вляпаться! Если выберусь благополучно, то дам зарок на всю жизнь: ни разу не взглянуть ни на одну женщину, кроме жены. Бот только как выкрутиться? А что? Вот уйду сейчас и все. Пусть ищут молодого мужика без особых примет по имени Михаил".

Словно пресекая мои мысли, женщина предупредила: "Ты особенно не суетись и глупостей не делай. Соседки мои тебя видели. Чемодан нес ты, а не я. Скажу: ты убил, а мне подсунул. А я тебя и знать не знаю. Подъехал к работе, представился, что из наших краев, со стороны тетки родня. Утром встала, тебя нет, а в чемодане труп. Если уйдешь, мне даже легче оправдаться будет. Так что, как ни крути, а лучше всего тебе завтра от чемодана избавиться, а я тебе помогу. У меня уже все продумано".

"Ишь ты, теперь она мне, оказывается, поможет, а не я ей. Ведь эта сука права: меня видели с чемоданом в руке её соседки. Если теперь найдут, то она все на меня свалит. И буду в тюрьме гнить за чужие грехи, а может и расстреляют. Придется избавиться от этого проклятого чемодана. Интересно, как она думает это сделать?"

Подумав о той, чье тело доставило мне столь острое удовольствие всего несколько часов назад, я ощутил омерзение и страх: женщина, сумевшая танцевать под веселую музыку, пить вино и, не давясь, есть яичницу, а затем кувыркаться в постели с первым встречным мужчиной после убийства близкого человека, - способна на все. Надо быть начеку!

"Пойдем, тебе надо выпить, и не кислятину какую-нибудь, а настоящее мужское питье. У меня есть немного спирта. Да прикройся же, наконец, нечего передо мной в таком виде стоять".