— Чего-чего-чего.

— Спасибо, — сказал Эдгар, засовывая в карман крошечную монетку, которую они называли ватеком.

Человечек за конторкой обратился к Эдгару:

— Что декларировать будем?

— Как это? — спросил Эдгар.

— Отвечай на вопрос. Ты должен сказать, какие вещи вносишь в страну, а за некоторые придется заплатить.

— Но вы же видите, — сказал Эдгар, — что у меня ничего нет.

И он показал им пустые руки.

— Да ты лгун, — заявил один из мистеров Эков. — Ведь у тебя в кармане есть ватек.

— Хорошо, я его декларирую.

— Этого недостаточно, — сказал другой мистер Эк. Он направился в угол комнаты, сердито отмахиваясь от назойливого эха. В углу было полно всякого барахла: буколики, эклоги, баркли, сильвиусы

Мистер Эк вышел с большим саквояжем, который стал набивать шляпами с вешалки. Попугай прыгал и верещал, и эхо тоже верещало, так что попугай даже наклонил голову и стал прислушиваться, но слушать на этот раз было нечего. Мистер Эк дал саквояж Эдгару и сказал:

— Ну.

— Ну-ну-ну.

— Что декларировать будем? — проговорил человечек за конторкой.

— Вот, — сказал Эдгар.

— Конфискуется. Как ты смеешь ввозить в страну все эти шляпы?

И он стал выкидывать шляпы обратно на вешалку, время от времени промахиваясь, чем приводил в восторг попугая. Наконец человечек сумрачно сказал:

— Как я понимаю, у тебя и паспорта нет.

Он начал нервно рыться в ящике, откуда недавно вылетело эхо.

— Не то, не то, — повторял он. — Ничего подходящего. Это паспорт для молодой особы из манчестерских трущоб, Эдды Младшей, этот — для старого Снорри Стурлусона

— Нет-нет-нет.

Эхо село прямо на конторку. Человечек выбросил вперед руку, сжал ее в кулак и воскликнул:

— Готово. Попалась, голубка моя.

И закрыл неуловимое созданье в ящике.