— Ты? — переспросил он, не веря собственным ушам. — С такой экипировкой? Если меня не обманывает зрение… а я вроде бы не кривой и не косой… на тебе школьная форма. Зачем тебе сдалось море? Ты разве не слышал, что тот, кто выходит в море для забавы, мог бы с таким же успехом искать развлечений в аду?

— Я не собираюсь в море для забавы, — возразил я.

— Ну да? Уже хорошо. Иначе я, пожалуй, решил бы, что ты спятил, хотя на сумасшедшего ты не смахиваешь. Тогда чего тебе идти в матросы? Наверняка не ради денег, а?

Он хитро взглянул на меня. Не поверил, будто в моём распоряжении всего-то и есть, что на две кружки?

— Ради тех денег, которых у меня нет, — уклончиво отвечал я.

Расхохотавшись, старик стукнул кулачищем по столу.

— Прекрасный ответ! — сказал он. — Ответ, достойный дипломата. Ты явно преуспеешь в жизни.

Тем временем вернулся содержатель кабака и, разбрызгивая пену, поставил перед нами две кружки пива.

— Тебе повезло, — буркнул он моему соседу по столу. — Нашёл, кого обобрать.

— Но-но! — произнёс старик, и теперь чувствовалось, что с ним шутки плохи. — Советую быть поосторожнее, Сквайр. Я, конечно, стар и слаб, но посмотри-ка на мои руки!

Кабатчик нехотя опустил взгляд на огромные руки старика, и вдруг — я и опомниться не успел, настолько быстро всё произошло, — тот одной рукой ухватил хозяина за горло и стиснул его. Одной рукой! Презрительная наглость кабатчика мгновенно сменилась страхом.

— Я мог бы свернуть тебе шею, — бесстрастно проговорил старик, — мне это не труднее, чем раздавить муху. К счастью, я человек миролюбивый. В моём возрасте хочется пожить спокойно, но не любой ценой. Запиши это в своей тупой башке. Пока капитан Барлоу жив, с ним следует разговаривать почтительно.

Во время этой тирады он понемногу отпускал кабатчикову шею.