— Эх, если бы это железо превратить в стальной нож, то я не отказался бы влезть по самую рукоятку под ребро закону! — выпалил юноша. — Мне досталось от него по первое число!

— Это потому что ты с завидным упорством пытался пробить головой каменную стену. А как только они увидели, что ты начинаешь справляться, то тебе скостили срок!

— Это заслуга надзирателя, — ответил юноша. — Душевный, замечательный человек…

— Полагаю, это был именно тот самый надзиратель, от которого поначалу тебе больше всего доставалось.

Фэнтом ошеломленно замолчал, а потом лишь озадаченно проговорил:

— Послушайте! А откуда вы все это знаете? Вы как будто прочли историю всей моей жизни!

— И, должен признаться, мне было очень интересно, — сказал Куэй. — Как ты уже знаешь, я пытаюсь помочь молодым ребятам, выходящим из тюремных ворот — пытаюсь наставить их на путь истинный!

Фэнтом нахмурился.

— Ну что ж, — натянуто проговорил он, — спасибо, конечно, вам за заботу и участие. Но я уж как-нибудь сам справлюсь.

— И наживешь себе большие неприятности, если немедленно не уедешь из города, — ответил Куэй.

— Вы так считаете?

— Уверен. Доллар вовремя подсуетился и сбежал, но если за время твоего присутствия в городе кто-нибудь грохнет твоего приятеля Фелана, то, как по-твоему, на кого это постараются повесить?

— Уж не на меня ли?

— А ты сам на месте шерифа, кого бы стал подозревать?

— Да чтоб этому гаду пусто было!

— Зря ты так. Бад Кросс замечательный человек, которому больше, чем кому бы то ни было хочется, чтобы все было по справедливости! Но и он может ошибаться. К тому же иногда те, кто вершат правосудие тоже могут совершать ошибки. Я говорю об этом вообще, а не имею в виду твой, конкретный случай. Нельзя сказать, будто с тобой обошлись несправедливо, упрятав на пять лет за решетку, после того, как ты подстрелил троих человек и украл почти сто тысяч долларов! Но если с Феланом что-то случится, тебя первым прихватят, помяни мое слово!