Нет, это был всего-навсего шериф! Поравнявшись с Феланом, он резко осадил коня.

— Лэрри, — сказал он, — тебе лучше пойти домой и оставаться там!

— Еще чего! — хрипло возмутился Фелан. Но затем его обычный голос снова вернулся к нему. — Я живу в этом городе и имею полное право ходить везде, где мне только вздумается! — объявил он.

Шериф окинул его долгим, задумчивым взглядом.

— Ходят слухи, — осторожно сказал он, — будто бы он возвращается. Его видели в Фуллеровом ущелье. Так что я сейчас направляюсь на тот конец города и постараюсь перехватить его по дороге.

— Если все это затевается лишь ради меня, то не стоит так утруждать себя, — возразил Фелан. — Я и сам могу позаботиться о себе — и о нем тоже!

Шериф продолжал задумчиво разглядывать его.

— Ну, дело твое, — изрек он наконец. — Мое дело предупредить, а там сам решай!

Сказав это, он развернул коня и поехал своей дорогой, а Фелан был тронут до глубины души шелестом аплодисментов, раздавшихся в толпе зевак. Коротышка Сэм Крюгер сделал шаг вперед и тронул его за руку.

— Так держать, Лэрри, — похвалил он. — Весь наш город гордится тобою! Ты любому дашь сто очков вперед, и куда уж этому Призраку тягаться с тобой!

Лэрри Фелан посмотрел на Крюгера с изумлением и брезгливостью. Он знал, что Крюгер люто ненавидел его с тех самых пор, как Фелан назвал его «пляшущей крысой», так как по части работы за Крюгером никаких достижений с роду не водилось, и единственное, в чем он преуспел, так это научился ловко выделывать ногами разные танцевальные фигуры. Эту фразу Фелан обронил в присутствии множества свидетелей, среди которых была и прекрасная Джо Долан; и ходили слухи, что Крюгер принял это оскорбление так близко к сердцу, что даже прилюдно грозился пустить Фелану кровь! И вот теперь он стоит рядом и превозносит его до небес!

— Благодарствую, — хмыкнул Фелан в ответ. — Я разнесу этого вонючку в клочья. Так что, малыш, держись поблизости — и сам все увидишь!