Старик сделал неуверенный шаг вперед. Идти дальше побоялся.

– Телефон имеется? – еще громче заорал Решкин и закашлялся от дыма. – Телефон.

Девушка продолжала хранить молчание.

– Чего тебе?

– Телефон есть, дубина старая?

– Нету, – обиделся дед и снова отступил к забору. – Тут ни у кого нету.

– Тогда воды ведро принеси. Тут человек раненый…

– Сам ругается, а ему воды неси, – проворчал дед и не двинулся с места.

Решкин хотел покрыть старика матом, но слова застряли в горле. От переезда двигалась легковая машина с включенными фарами. Он побежал на встречу автомобилю, отчаянно размахивая руками. Водитель светлой «Нексии» притормозил. Расширенными от страха глазами он наблюдал за человеком, бегущем навстречу по дороге, разглядывал горящую «Волгу», несколько секунд о чем-то раздумывал. Затем, решив, что неприятности – это непозволительная роскошь, врубил заднюю передачу, вывернул руль, задом подал машину к обочине, чтобы развернуться и дать по газам. Но Решкин, понимая, что этот шанс упускать нельзя, с разбегу прыгнул на капот, прижал лицо к ветровому стеклу, одной рукой схватился за зеркальце.

– Ты что, озверел? – заорал водитель и остановил машину. – Совсем рехнулся, идиот чертов?

Спрыгнув с капота, Решкин распахнул переднюю пассажирскую дверцу, упал на сидение, сунул в нос водителя красную книжечку.

– Езжай вперед, – приказал он.

Напуганный до смерти, не разобравший, что за удостоверение ему суют, водитель безропотно проехал два десятка метров, до тела, лежащего поперек дороги. Помог затащить раненого на заднее сидение, сам снова сел за руль, дрожащей рукой вставил ключ в замок зажигания. Включил верхний свет, оглянулся назад. Подушки и спинка заднего дивана перепачканы кровью.

– Что с ним? – низкий голос автолюбителя сорвался на фальцет.

– Жми, – вместо ответа крикнул Решкин.

Машина рванулась вперед, с ускорением понеслась по дороге.