Может быть, тебе будет одиноко, когда я буду уезжать?

— Нет, со всем этим великолепием огней я не буду чувствовать одиночества. А кто живет в соседнем доме, Гилберт?

— Не знаю. Но непохоже, чтобы там жили добросердечные люди.

Дом был большим и мрачным, покрашенным в ярко-зеленый цвет, который резко выделялся на фоне листвы. Напротив был почти пустой фруктовый сад.

— Ну, думаю, что хозяин с таким вкусом может быть добрым, — заключила Энн. — Если только у них не было такого происшествия, как у нас на холмах. По-моему, здесь совсем нет детей. Здесь слишком чисто, строго, как у нас в Коппе, что на Тори-Роуд. Я не ожидала, что на свете есть еще более чистое место.

Энн и Гилберт никого не встретили на дороге вдоль побережья. Но как только они подъехали к зеленой роще, за которой скрывался их дом, Энн увидела девушку, пасущую на холме белоснежных гусей. Девушка была высокая, в голубом платье. У нее была прекрасная походка, она шла очень ровно, с поднятой головой. Девушка стояла у ворот, осторожно поглядывая на прохожих, не выражая, правда, при этом особого интереса. Энн в какой-то момент показалось, что незнакомка смотрит на них враждебно. Но красота девушки заставила забыть о ее взгляде, и Энн, затаив дыхание, восхищенно глядела на красавицу. Ее красота была яркой, заметной и привлекала внимание. На девушке не было шляпки, голову покрывала густая шапка волос цвета спелой пшеницы. Ее большие голубые глаза блистали как звезды, красивая фигура была удивительно пропорциональна, а губы были такими же алыми, как маки, которые девушка держала в руке.

— Гилберт, кто эта девушка? — низким голосом спросила Энн.

— Что? Я не заметил никакой девушки, — ответил Гилберт, который не замечал вокруг никого, кроме своей жены.

— Она стоит у ворот, не оборачивайся, она смотрит на нас. Я никогда еще не видела такого красивого лица.