Доктор Дэвид Блайз, дядя Гилберта, послал навстречу молодоженам свою коляску. Мальчишка, который привез коляску, убежал, не попрощавшись, оставив новобрачных одних на дороге.

Энн всегда помнила тот чудесный вид, который открылся им, когда они переехали холм у деревни. Их нового дома все еще не было видно. Но перед Энн лежала гавань Четырех Ветров, как сияющее зеркало роз и серебра. Далеко внизу она увидела вход в гавань между песчаными дюнами и мрачным утесом из темно-красных камней. Маленькая рыбацкая деревушка уютно разместилась в бухте. Издалека она была похожа на чудесный опал, утопающий в тумане. Небо над головой было как жемчужный свод, из которого на землю лились сумерки. Из гавани ветер приносил свежий морской воздух, и весь пейзаж был наполнен очарованием моря. Из маленькой белой церкви, видневшейся вдали, лился колокольный звон. Его мелодичные звуки расстилались над водой, сливаясь с шумом моря. Огни на скалах мягким золотым блеском мерцали под чистым северным небом, в котором сияли звезды. А вдали, у горизонта, вились алые ленты пара проходящих мимо кораблей.

— Это так красиво, так красиво! — восторженно сказала Энн. — Я полюблю Четыре Ветра. А где наш дом, Гилберт?

— Отсюда его еще не видно. Он скрывается за березовой рощей, зато в двух милях от Глен-Сент-Мэри, а от рощи до дома — еще одна миля. У нас немного соседей, Энн. Около нас стоит только один дом, и я не знаю, кто там живет.