Самым резким, как и всегда, было заявление Уинстона Черчилля, который открыто выступил с острой критикой деятельности секретной службы. 13 апреля 1939 года Черчилль на заседании парламента заявил: «За двадцать пять лет, истекших со времени начала первой мировой войны, мы обязаны были создать лучшую в мире разведку. Однако факты свидетельствуют о том, что и во время событий в Богемии, и при вторжении нацистов в Албанию правительство не имело ни малейшего представления о том, что нас ожидает».

Бездеятельность секретной службы была ощутима и в метрополии, и за ее пределами. Особенно плохо обстояли дела в секретной службе министерства иностранных дел, которая несла на себе печать всех недостатков, характерных для английской дипломатии того времени. Сотрудники секретной службы потеряли свое лицо. Их уже трудно было отличить от профессиональных английских дипломатов викторианской эпохи. Политическая разведка стала уделом руководителей департаментов и отделов министерства. В делах секретной службы царила анархия, а традиционная скрытность деятельности секретной службы являлась надежным укрытием от разоблачения этого хаоса.

Во время войны Англия всегда привлекала в ряды секретной службы лучших людей империи. Известные писатели Сомерсет Моэм и Макензи, ученые Эвинг, Хогарт и Лоуренс, политические деятели Уилсон и Кокс приглашались на службу в разведку в качестве специалистов по соответствующим областям знаний.

Но в спокойные мирные дни английская разведка полагалась на горстку профессиональных разведчиков. Некоторые из этих людей были неплохими исполнителями, получившими хорошую подготовку в легендарном «черном замке», где якобы находится разведывательная школа имперского колледжа генерального штаба. Но среди этих профессионалов, как правило, не было людей инициативных и изобретательных. Они могли только выступать в роли исполнителей.

Отрицательно сказывался на деятельности разведки и недостаток средств. В военное время Англия может, не скупясь, расходовать огромные суммы, но в мирное время бюджет страны, как правило, крайне скуден.