И мало сказать - в общении. Эти трое представляли собой некое содружество: "мы". "Мы" - это они трое: Осип Мандельштам, Анна Ахматова и жена Мандельштама, Надежда Яковлевна. "Вокруг нас копошились1 писатели", - вот позиция, с которой Надежда Яковлевна взирает на мир (386) [351]. Писатели копошились, по-видимому, даже не вокруг, а где-то глубоко внизу, у подошвы, - с такой высоты, сверху вниз, оглядывает их мемуаристка...

----------------------------------------------------------------------

1 Курсив всюду мой. - Л.Ч.

----------------------------------------------------------------------

Место свое на Олимпе и право свое говорить от лица О. Мандельштама и Анны Ахматовой "мы" Надежда Яковлевна обосновывает с большой заботливостью.

"Весь наш жизненный путь мы прошли вместе" (257) [236].

"Все-таки нас было трое, и только трое" (260-261) [239].

Я потому и считаю своею обязанностью подвергнуть подробному разбору "Вторую книгу" Н. Мандельштам, что в отличие от первой написана она хоть и неявно, а все-таки будто бы от лица троих. Имя автора "Надежда Мандельштам" одиноко стоит на обложке, но в книге оно начинает пухнуть, расти, звучать как посмертный псевдоним некоего "тройственного союза".

"В Царском Селе... был заключен наш тройственный союз" (257) [236].

"...нас было трое, и только трое".

"Весь наш жизненный путь мы прошли вместе".

Читая книгу, можно подумать, будто, пройдя вместе весь свой жизненный путь, Ахматова и Мандельштам после смерти препоручили Надежде Яковлевне свои перья. Она вспоминает события, людей, оценивает литературу, жизненные и литературные судьбы не только как жена Мандельштама и приятельница Ахматовой, но как бы от их общего имени. Она не всегда и не во всем бывает согласна со своими союзниками, в особенности с Ахматовой, но за "тройственный союз" держится цепко.

"Мы" Надежды Яковлевны и Осипа Эмильевича - супружеское.