Союзники в жизни и более того: в общности сознания.
"В Царском Селе, на террасе частного пансиончика, без слов и объяснений был заключен наш тройственный союз"; "что бы его ни омрачало, мы - все трое оставались ему верны" (257) [236].
Ахматова, Мандельштам, Надежда Яковлевна. "Мы трое".
Как узнает читатель на последующих страницах, - "мы" после гибели Мандельштама сузилось, но не исчезло; вместо "мы трое" возникли "мы двое": Надежда Яковлевна и Анна Ахматова (257-258) [236].
Были бы это просто дружеские чувства, вполне естественные между мужем и женой, между супругами и Анной Ахматовой, между Анной Андреевной и Надеждой Яковлевной, до гибели Осипа Эмильевича и после - никаких вопросов у меня не возникало бы. Дружбу между Анной Андреевной и Надеждой Яковлевной я, как и многие, наблюдала сама и не покушаюсь ее оспаривать. Но меня занимает иное. Надежда Яковлевна претендует на союзничество с поэтами. Она, Анна Ахматова и Осип Мандельштам заключили некий тройственный союз. Читателям предлагается глядеть на мир глазами этих троих союзников. В чем же была основа союза? И какую роль играла в тройственном союзе Надежда Яковлевна?
"Зачем я тебе нужна? - спрашивала я Мандельштама". Поэт отвечал по-разному, но однажды ответил так: "Ты в меня веришь" (257) [236].
От Анны Ахматовой через много лет Надежда Яковлевна услышала те же слова:
"- Вы, Надя, ведь всегда в меня верили" (257-258) [236].
"Этим людям, твердо и смолоду знавшим свое назначение, нужна была дружба женщины, - поясняет Надежда Яковлевна, - которую они сами с голосу научили схватывать стихи".