Во втором издании Большой советской энциклопедии говорится "Убийцы были пойманы". "Пойманы" предполагает погоню или хотя бы поиск скрывшихся от правосудия лиц. Ни следствие, ни суд, ни пресса не задали важного вопроса: почему убийца совершил преступление так близко от деревни и не пытался замести следы? Ведь рядом было болото, трупы засосало бы, и списали бы вину на медведей, которых тогда было много. Суд не удивило, что никто из подозреваемых не собирался прятаться от ареста, а в этих диких местах легко было уйти в другую деревню к родне или просто скрыться в тайге.

В процессе следствия число арестованных увеличивалось с двух до десяти. Одного выпустили на свободу до суда. Суд не смутило, что аресты проводились произвольно, без санкции прокурора и без всяких улик. Первым был взят молодой крестьянин Дмитрий Шатраков, который в тот день ходил на охоту с собакой и ружьем. За арестом Шатракова последовал арест его брата, затем отца и третьего брата. Основанием служил старый донос, что Шатраковы держали незарегистрированное ружье. "При аресте, - вспоминал очевидец, - их всех избивали".

С самого начала над всеми подозреваемыми повисал меч "презумпции виновности". Они должны были доказывать следователям, что не виноваты. Дмитрий Шатраков принес справку, что он был вызван в райвоенкомат в Тавду. Отец и третий брат Ефим нашли свидетелей, которые видели их целый день бороновавшими поле, далеко от места убийства. Второй брат, Ефрем, не смог сразу доказать свое алиби и сидел дольше других.

Затем был арестован дед Павлика Сергей Морозов, на которого донес его внук и двоюродный брат Павла Иван Потупчик. Как вспоминает очевидец событий Прокопенко, Потупчик сообщил, что между дедом и Павликом "контры были давно", и даже вызвался сам арестовать деда.

Сейчас трудно восстановить последовательность арестов.