Но поток денег, неожиданно хлынувший в их агентство, похоже, временно выбил его из колеи, а комиссионные, которые он начал получать, став партнером, заметно изменили стиль его одежды и адреса ресторанов, в которые он отправлялся на ленч. Более того, Оливер переехал из грязной квартирки на Уэст Сайде, в небольшое, но уютное жилье в восточной части Шестидесятых улиц. Деймон, как и положено, винил во всем жену Оливера Дорис, которая бросила работу и стала, время от времени, появляться в их конторе в норковом манто.

- Ты, Оливер, видимо, слишком молод, - продолжал Деймон, наслаждаясь возможностью прочитать лекцию на тему, которую так обожал мусолить его бывший работодатель мистер Грин, - чтобы понять всю прелесть умеренности, получать удовлетворение от достижения скромных целей и не страдать по поводу того, какое место ты занимаешь в этом мире. Ты ещё не научился ощущать своего превосходства над теми, кто своими амбициями ускоряет свой же путь к могиле. Их честолюбивые устремления пока ещё тебе не чужды. Взгляни на меня. В жизни я не болел ни одного дня, у меня нет язвы, мне не известно, что такое высокое кровяное давление, и я не знаком с психиатрами. В больнице я побывал лишь раз, да и то это случилось лишь потому, что меня сбил автомобиль, когда я переходил улицу, и повредил мне ногу.

- Постучи по дереву, - сказал Оливер. - Немедленно постучи по дереву.

Деймон понял, что Оливер не слишком благосклонно воспринял его лекцию.

- Видит Бог, - продолжал Оливер, - я вовсе не предлагаю тебе арендовать Тадж-Махал. Но мы не сдохнем, если у каждого из нас будет по кабинету и достаточно места, чтобы посадить ещё одну секретаршу, которая могла бы разобраться с этой проклятой почтой. Кроме того, мне кажется, что единственная телефонная линия при той лавине звонков, которая обрушилась на нас в последнее время, есть не что иное, как вызов обществу. На прошлой неделе один парень из Рэндом Хаус сказал, что названивал нам два дня, прежде чем сумел пробиться.