- Вам удалось прикоснуться к душе читателя даже в самых отдаленных краях страны. - Раньше, до того, как издание в бумажном переплете разошлось таким тиражом, он залился бы краской стыда, произнося эти слова. - Я хотел вас спросить, не звонил ли вам случайно человек по имени Заловски?

- Заловски, Заловски... - неуверенно начала Женевьева. - По совести говоря, не помню. Сейчас мне звонит такое множество людей. Телевизор, радио, интервью... Мой муж говорит, что потребует для нас новый номер, не включенный в телефонную книгу...

Еще один секретный телефон, подумал Деймон. Преуспел и прячься. Американский Образ Жизни.

- Заловски... - продолжала Женевьева. - Почему вы спрашиваете?

- Мне позвонил какой-то человек. По поводу книги. Выражался весьма туманно. Сказал, что позвонит ещё раз, и я подумал, что, может быть, он предпочел связаться непосредственно с вами. Ведь вы знаете, что в нашем агентстве работают всего три человека - Оливер, секретарь и я, - нам крайне трудно удовлетворять все просьбы... Мы не похожи на другие конторы с десятками сотрудников, разными отделами и тому...

- Да, я знаю. Вы говорите о тех, кто отказался от моей книги до того, как я пришла к вам, - голос, утратив настороженность, звучал холодно и горько. - И при этом они даже не считали нужным для себя придерживаться правил элементарной вежливости. Вы и Оливер оказались первыми истинными джентльменами, которых я встретила после того как написала книгу.

- Мы пытаемся все время держать в уме старинную максиму, которую любил повторять мой прежний партнер мистер Грей. "Издательский бизнес - удел джентльменов", говорил он. Конечно, это было много лет тому назад, и с тех пор многое изменилось. Тем не менее, мне чрезвычайно приятно узнать, что остались ещё люди, которые ценят старомодные манеры.

Деймон, беседуя с Женевьевой Долгер, всегда ощущал какую-то неловкость. Его речь казалась ему накрахмаленной и тщательно отутюженной.