- Вряд ли нас туда пустят, - сказал мужчина, - если только там что-то есть...

ЗАВТРА, ЗАВТРА, ЗАВТРА...

- Страшно, наверно, на рассвете умирать, - тихо произнес мужчина, глядя на гладкую поверхность воды, - Все просыпаются, вся природа... а ты засыпаешь... навсегда... Какое страшное слово - навсегда... Навсегда, - повторил он.

- Почему именно на рассвете?.. Вообще страшно умирать, - сказал парень, пожав плечами.

- Ну, тебе вряд ли грозит такая смерть... - усмехнулся мужчина.

- Ты говоришь так, будто завидуешь мне.

- Может, и завидую, - спокойно, задумчиво отозвался мужчина, некоторое время они молча смотрели на море.

- Жена даже не пришла, хотя знала, - немного погодя сказал парень.

- Она же давно уже ушла от него, - сказал мужчина и немного помолчав, прибавил, - Какие у таких как мы могут быть жены, какие могут быть семьи...

- Они все злы на тебя, - прервал его парень. - Говорят, ты его сделал таким... Все его родные говорят... Что ты его сделал наркоманом... И вот...

Мужчина покачал головой.

- Это не совсем так. Я не дьявол, не злой гений, чтобы делать из человека наркомана, или не делать... Просто мы с ним оба были неудачники, жизнь так сложилась, да и мало ли что можно сказать в свое оправдание... Но стоит ли сейчас что-то вообще говорить? Он был моим близким другом... Я потерял близкого человека, - сказал мужчина и тут же почувствовал, что не надо было говорить это, ему вдруг стало невыносимо тяжело произносить слова, он вдруг остро почувствовал ненужность, глупость, бесполезность всех слов упорядоченного хаоса звуков /смотря, что понимать под словом "порядок"/, тонкой струйкой вливалась в него радость молчания, зыбкая, как летнее марево. Он чувствовал, как проваливается в пропасть тишины собственного молчания. Совершенно бессознательно он шел под солнцем вдоль каменного парапета, по до предела натянутой веревке, готовой лопнуть веревке своего молчания. Потом он остановился в нескольких шагах от дворника, и тот подмел веником его длинную, как голодная военная зима, сутулую тень. Парень шел за ним и слышал, как мужчина что-то невнятно бормочет, будто разговаривает негромко с самим собой. Он подошел поближе и прислушался.