— Если я поеду на эту улицу Нансути и попрошу от вашего имени у дамы, которую видел сегодня утром, — даст она мне одну бутылку?

— Без всякого сомнения, — сказал г-н Теранс. — Но вы непременно хотите...

— Это безумие, — прибавил я. — Ведь двадцать километров, и в такую погоду...

Юный Лабульбен, слегка пьяный, гордо перебил меня.

— Для автомобиля фирмы Лабульбен не существует ни времени, ни расстояния. Пусть вам пока подадут кофе, а я через три четверти часа буду здесь с бутылкой!

Мы слышали, как он сбежал по лестнице. Две минуты спустя зашумел отъезжающий автомобиль.

Тогда г-н Теранс встал, подошел к буфету, открыл его, достал бутылку и два стакана и налил вина.

Это было Бургонское такой марки, какой я никогда еще не пил.

Мне представляется невозможным, чтобы то вино, которое привезет Венсан, было такое же хорошее, как это.

— Это — то самое, — сказал г-н Теранс.

Я удивленно поглядел на него, и он прибавил следующие слова, от которых мое изумление только еще увеличилось:

— Мне было необходимо поговорить с вами, господин профессор, и, право, не было иного средства избавиться на час от присутствия этого глупого юнца.

Глава II

ГОСПОДИН ТЕРАНС

«Господин профессор!» Называя меня так, за кого же г-н Теранс меня принимает? Сейчас же мелькнула у меня мысль, что тут какая-то темная путаница. Я подумал, что тут виновата глупость, пожалуй, беспримерная, юного Лабульбена; но я не задал своему собеседнику никакого вопроса. Этот печальный зимний вечер наполнил меня какой-то мрачной апатией, и в ней, чувствовал я, понемногу глохло мое первоначальное любопытство.

Еще не было и трех, а уж совсем стемнело. Предметы один за другим пропадали во мгле комнаты. Я видел, как г-н Теранс встал. Я думал, что он хочет зажечь лампу. Нет, он подошел к окну, распахнул его.

В столовую проник холод. Я также подошел к окну, облокотился о подоконник рядом с г-ном Терансом.