-- Пошлите ее.

Лицо начальника выразило удивление.

-- Ты же знаешь -- пуск. Там сейчас все министры и замминистры. Нужен специалист.

Ах, как это лестно и -- как некстати.

Светлана представила себе знакомый, а впрочем они всюду похожи, машинный зал. Шкафы, набитые электроникой, ряды экранных пультов. На станции вечно торчал кто-то из их института, приходилось что-то стыковать и долизывать. Полгода назад там была и Светлана. Вычислительный комплекс тогда только отладили, она ездила запускать программы их лаборатории, все прошло сравнительно быстро и гладко, программы работали. Что сейчас случилось, отсюда не разберешь.

Она мысленно села за пульт, нажала клавишу. И почувствовала, как внутри все напряглось. Знакомое ощущение -- напряжение перед стартом. Пожалуй, Светлана любила эти недели на пуске, работу с темна и до темна, полную отдачу. Даже крики и указания высокого начальства -- его всегда на пуск съезжалось очень много -- не мешали Светлане быть сосредоточенной, делать то, что нужно.

После долгих месяцев писания программ за рабочим столом, после тягучих смен отладки этих программ в институтском машинном зале, эти суматошные дни приносили ей радость. Это было проверкой -- что она знала, что умела. Чего стоила.

Но сейчас она не может ехать.

-- Ну? -- спросил начальник.

-- Понимаю...

-- Ну, и ладушки.

С высоким начальством не спорят.

Начальник отдела вызвал секретаршу и велел срочно оформить Домской командировку.

-- Ехать завтра утром.

-- Завтра?

Она вернулась в лабораторию, села за свой рабочий стол и полчаса тупо смотрела на чистый лист бумаги. Потом подумала:

-- Может, и к лучшему.