На его выручку Кишлот бросился подавать сам, мечтая уже, что ресторан "Отвращение" стал модным местом, куда стекаются кареты и автомобили.

- Вот, мы сели, - сказала Урания. - Что же дальше?

- Что это значит? - спросила Роэна, строго указывая на меню, где значилось: "Тартинки с гвоздями".

- Тартинки с гвоздями, - объяснил Кишлот, - это такие тартинки, в которых нет ничего, кроме хлеба, масла, ветчины, икры или варенья. А относительно гвоздей написано для тех, кто - как бы сказать? - Любопытен...

- Вроде нас, - перебила Элли. - Действительно, мы любопытны, но нам нисколько не стыдно!

- Элли! - застонала Урания.

- Многоуважаемая Урания Тальберг, - ответила непокорная девочка, - папа сказал, что сегодня мы можем делать решительно все, что хотим. Глупо было бы, если бы мы не воспользовались... Хозяин!

- Я здесь, барышня.

- Свариваются ли гвозди в желудке? И какой они толщины?

- Хозяин шутит, - решил вставить Давенант, чувствовавший себя так хорошо и неловко, что не знал, как приступить к своим обязанностям.

- Но мы тоже шутим, - ответила Элли, внимательно смотря на него. - Нам весело. Значит, ничего такого не будет? Очень жаль. В таком случае принесите мне молока.

- Чашку молока! - повторили Давенант и Кишлот.

- Чашку кофе и печенье, - заявила Роэна.

- Печенье! Кофе! Молоко! - закричал Давенант и, бросившись на кухню, чуть не сшиб хозяина, предоставив ему допытываться, не пожелает ли чего-нибудь гувернантка. Он вскочил на кухню и стал трястись от нетерпения над головой повара, который, торопясь, пролил кофе и расплескал молоко. Пока Давенант добывал эту пищу для фей, Кишлот принес сахар, печенье, салфетки и, удостоившись от Урании Тальберг приказания подать стакан холодной воды, явился с ним из-за стойки гордо и строго, дунув на стакан неизвестно зачем и каждому движению придав характер события. Все это очень забавляло девушек, вызывая свет смеха в их лицах и терзая гувернантку, стремившуюся поскорее оставить "вертеп".