Лорена с недоумением взглянула на него, пытаясь понять, действительно ли он передумал. Это было бы не похоже на него. Ему всегда требовалось время, чтобы принять решение, но если он его принимал, то уж раз и навсегда.

— Ох, — вырвалось у Пи Ая, когда он понял, что допустил оплошность. — Помогайте матери этим утром, — добавил он. — К вечеру я вернусь.

— Папуля, купи мне ружье, — попросил Бен. Ему было девять лет, и он благоговел перед огнестрельным оружием.

— Нет, он не купит тебе ружья, — отрезала Лорена. — Ты возьмешь и застрелишь Джорджи, а мне без него не обойтись.

Семилетний Джорджи был светловолосым и щербатым, но, несмотря на это, мать любила его больше других. Она просто ничего не могла поделать с собой. Когда она смотрела на него, ее сердце начинали распирать нежные чувства. Он немножко заикается, но с возрастом это должно пройти.

— Я сам его застрелю, — возразил Джорджи.

Пи Ай взял свой непромокаемый плащ, надел шляпу и посмотрел на Лорену, которая на сей раз не избегала его взгляда. Она ничего не сказала, но в ее взгляде читалось какое-то беспокойство. В этом не было ничего нового. В глазах Лорены всегда стояла тревога.

Пи Ай попытался было сказать что-нибудь еще, но не нашелся. Он всегда был немногословен, и жизнь со школьной учительницей мало что изменила в нем в этом отношении. К тому же это был не первый взгляд Лорены, который оставался для него загадкой.

— Увидимся к ужину, — произнес он наконец.

— Если не вернешься, я буду считать, что ты передумал, — сказала Лорена. — Он еще может уговорить тебя.

— Нет, он не уговорит меня, — твердо заверил Пи Ай.

Но тем не менее на протяжении всего пути через равнины он с ужасом ждал встречи, на которую ехал. День был ясный и свежий, и совсем не соответствовал тому, что творилось в душе Пи Ая. Он никогда не говорил капитану «нет», а теперь собирается сделать это. Капитану не понравится такая новость. Да, это так, она ему определенно не понравится.