Господин Бриль был добросовестным человеком. Он и глазом не моргнул, заметив увесистую рукопись в четыре пальца толщиной. Он разгладил пухлый свиток на колене и начал читать. Он не пропускал ничего, вгрызаясь в кипу бумаги, как червь вгрызается в орех в поисках ядра.

Между тем Давид сидел на своем островке, с трепетом озирая бушующие вокруг него волны литературы. Книжное море ревело в его ушах. Для плавания по этому морю у него не было ни карты, ни компаса. Наверно, половина всех людей в мире пишет книги, решил Давид.

Господин Бриль добрался до последней страницы. Он снял очки и протер их носовым платком.

- Как чувствует себя мой друг Папино? - осведомился он.

- Превосходно, - ответил Давид.

- Сколько у вас овец, господин Миньо?

- Вчера я насчитал триста девять. Моему стаду не посчастливилось. Раньше в нем было восемьсот пятьдесят овец.

- У вас есть жена и дом, и вы жили в довольстве. Овцы давали вам все, что нужно Вы уходили с ними в поля, дышали свежим, бодрящим воздухом, и сладок был хлеб, который вы ели. Вам оставалось только глядеть за своим стадом и, отдыхая на лоне природы, слушать, как в соседней роще свистят черные дрозды. Я пока что не отклонился от истины?

- Все это было так, - ответил Давид.

- Я прочел все ваши стихи, - продолжал господин Бриль, блуждая взором по своему книжному морю и словно высматривая парус на горизонте. - Поглядите в окно, господин Миньо, и скажите мне, что вы видите вон на том дереве.

- Я вижу ворону, - отвечал Давид, посмотрев, куда ему было указано.

- Вот птица, - сказал господин Бриль, - которая поможет мне исполнить мой долг.