— Всё, Любань, приехали. Сейчас придёт ваша машина. Да, эта дверь тоже открывается. Я тогда только одну дверь открыл, чтобы узнать, что случилось. Счастливо!

…"Запорожец" высаживает нас почему-то в центре Любани, медленно разворачивается и едет обратно — в сторону Тосно.

— Вот странный-то водитель, — говорю я, — высадил нас посреди Любани! Надо пройти до конца посёлка. Сейчас подождём три машины, и, если никто не остановится, пройдёмся.

Сыро. Холодно. Любань. Первая проезжающая машина не остановилась.

За ней — второй — шёл «Камаз». Остановился.

— Здравствуйте! Вы в сторону Москвы?

— Ростов.

— Можно с вами сколько-нибудь проехать?

— Садись.

Водитель оказался крайне молчалив. За всю дорогу до МКАД он произнёс не больше двух слов. Музыки тоже в кабине не было. Мы пробовали спать, читать, но поездка до Москвы (ехали в этом КАМАЗе около двенадцати часов) показалась нам невероятно длинной. Скоро дождь кончился, показалось тёплое апрельское солнце. Водитель то гнал под 100, то ломался и останавливался что-то рассматривать и чинить, то уходил обедать, оставляя нас в машине. Наконец, перед самой Москвой трассу перекрыли (там шёл какой-то ремонт); мы пошли в объезд и потеряли ещё минут пятнадцать.

Наконец, Москва. На развилках МКАД мы попрощались с молчаливым водителем (по-моему, он ничего не сказал в ответ) и вышли. Посмотрели на часы. Наша средняя скорость от Питера до Москвы составила 52.0 километра в час!

Ну и ну! Значит, не простой был чудак, водитель белого «Запорожца». Всё предугадал: и то, что быстро нас догонит следующая машина и что мы уедем (точно попал), что мы всю дорогу будем молчать (это уж вовсе никак нельзя было случайно придумать), что человек управляет погодой и день будет солнечный, и даже скорость указал — 52 километра в час. Мы сразу тогда поняли, что водитель белого «Запорожца» — необычен; при расставании хотели обменяться телефонами; но странный водитель ответил, что если надо будет, мы и так повстречаем его на трассе.