Амели Нотомб

Дрожь и оцепенение

Alexandra Tchourakova (oxik99@mail.ru), перевод с французского

Гран-При Французской Академии за лучший роман 1999 года.

Господин Ганеда был начальником господина Омоши, который в свою очередь был начальником господина Саито, который являлся начальником мадемуазель Мори, которая была моей начальницей. Я же не была начальником ни у кого.

Можно было сказать и по-другому. Я была подчиненной мадемуазель Мори, которая была подчиненной господина Саито, и так далее, с одним уточнением, что распоряжения, двигаясь сверху вниз, могли перепрыгивать иерархические ступени.

Таким образом, в компании Юмимото я была в подчинении у всех.

8 января 1990 года лифт выплюнул меня на последнем этаже здания Юмимото. Окно в конце холла притянуло меня, словно разбитый иллюминатор самолета. Далеко, очень далеко был город -- так далеко, как будто я там никогда не бывала.

Я даже не подумала о том, что следовало предупредить о своем приходе в приемной. Честно говоря, у меня в голове не было ни единой мысли, ничего, кроме очарования пустоты за оконным стеклом.

Хриплый голос сзади произнес мое имя. Я повернулась. Маленький, худой, некрасивый мужчина лет пятидесяти недовольно смотрел на меня.

- Почему вы не предупредили администратора о своем приходе? -- спросил он.

Я не знала, что ответить, и промолчала. Потом сгорбилась, понимая, что за десять минут, не произнеся ни слова, уже произвела дурное впечатление в день моего поступления на работу в компанию Юмимото.

Мужчина сказал, что его зовут господином Саито. Он провел меня через бесконечные огромные офисы, по дороге представляя несметному числу людей, чьи имена я забывала по мере того, как он их называл.

Затем он ввел меня в кабинет, где располагался мой начальник господин Омоши, огромный и устрашающий, всем своим видом подтверждавший звание вице-президента.