Старичку осточертело смотреть эту комедию. Он думал, что мы серьезные люди, и готов был нам помочь, но оказывается, что мы дурака валяем. В такой компании он не участник!

Наш Кива чуть сквозь землю не провалился. Подумать только, что мы будем делать без суфлера и без пьесы?! Катастрофа, и все!

Вы себе представляете наше положение?

Кива, делая вид, что ничего страшного не произошло, продолжал танцевать и нас подбадривал.

Боже, какой пассаж! Сколько мы еще сможем так крутиться, танцевать?! Кива тихонько проклинал аптекаря и пригрозил, что если тот немедленно не вернется, то он ему все стекла в аптеке перебьет. Чтобы знал. Как же так можно? Ведь он поставил всю труппу в безвыходное положение.

Мы не успели оглянуться, как наш круг танцующих начал редеть. Первыми улетучились девчонки, испарилось и несколько ребят.

Увидев это, наш Кива чуть было не упал. Хоть бросай все и беги на край света! Вся труппа распалась. Осталось два-три верных артиста, в том числе и я. А не убежал я потому, что Кива держал меня крепко за руку, а я в свою очередь еще двух мальчишек.

Но вот вдруг начался у входа в конюшню, то бишь в театр, страшный переполох, крики, смех. И мы, как и весь зал, смертельно перепугались. Подумали было, что в городок ворвалась банда и нам пора бежать прятаться. Но напрасно мы так подумали.

Положение оказалось более сложным.

Оказывается, запоздавшие грузчики где-то поймали шарманщика с его общипанным попугаем и затащили его в театр, вытолкнули на сцену, потребовали играть.

Старый бородатый цыган шел на сцену, как идут на плаху. Он никак не мог понять, что здесь происходит и куда его тащат.

– Послушай, Макар, поддавай жару! Видишь, какая свадьба здесь идет, только без музыки.

– Не стесняйся, Макар! Сам бог тебя привел сюда. Видишь, наши артисты уже охрипли и с ног валятся. И музыки у них нет.