– Не здесь, – сказал незнакомец. – Въезжай на верх.

– На верх моста?

– Ты глухой, сынок?

Джек медленно повел машину на мост. Ветер дул безбожно, «лексус» покачивало на рессорах. На гребне среднего пролета Джек прижался к краю, насколько хватило смелости, чтобы не сдуло совсем. Незнакомец изъял у Вебо Дрейка свой стеклянный глаз и вышел из машины. Стянув с головы купальную шапочку, засунул ее за пояс штанов.

– Выходите, – приказал одноглазый молодым людям. – Обвяжете меня.

Он вставил глаз в глазницу и протер уголком банданы. Потом перелез через ограждение, развернулся и умостился над краем пропасти на коленях, просунув их между стойками перил.

Прочие беженцы от урагана притормаживали, видя безумную сцену, но остановиться никто не рискнул – слишком уж дико выглядел человек, которого привязывали к мосту. Джек Флеминг и Вебо Дрейк работали сноровисто, насколько позволяли сильный ветер и накатывавшее похмелье. Незнакомец подробно растолковал, как его следует привязать. Одним концом веревки однокашники послушно обвязали мощные лодыжки одноглазого, а другим, перекинув через бетонное ограждение, четыре раза обмотали грудь незнакомца и затянули так, что он хрюкнул. Оставшийся конец пропустили под перила и закрепили на связанных щиколотках.

Получилась крепкая упряжь, руки человека остались на свободе. Вебо проверил узлы и объявил, что завязано туго.

– Нам теперь можно идти? – спросил он.

– Вне всякого сомнения.

– А как быть с белкой, сэр?

– Она ваша, – ответил одноглазый. – Владейте.

У подножия моста Джек съехал с дороги, чтобы не мешать движению. В мусорной куче Вебо раскопал ржавую палку для штор, которой Джек выкинул труп зверька из отцовского «лексуса». Вебо держался поодаль, пытаясь закурить.

А на мосту незнакомец, стоявший на коленях под убийственно мрачными небесами, вскинул руки к набрякшим серым тучам. Вздыбленные порывами горячего ветра волосы казались ореолом серебряных искр.