Полицейский инспектор ему сказал: "Видишь моих людей, Марти? Только попробуйте туда сунуться - ног не унесете".

Бедная Эрин, Ирландия, смех твой и слезы в глазах.

Когда-нибудь прохладным летним вечерком он встретит Энни в Строберри Беде. И до них долетит звук мелодиона. А может, в Феникс-парке, когда поля побелят маргаритки и позолотят лютики, вот тогда и он вернется, и над ними будет голубеть необъятное небо, а внизу блеснет серебряной полосой река. Но до конца войны путь далекий.

Кружка выпала из его рук и разлетелась вдребезги. Мик и бармен вздрогнули.

- Побойся бога, Марти! - вскочил бармен. - Что это ты тут вытворяешь?

Марти широко раскинул руки.

- Смирна-а! - рявкнул он.

- Пошел ты со своим "смирно"! Мне эта чертова кружка обошлась в шесть пенсов.

Лицо у Марти злобно перекосилось, он прищурился.

- Вперед! - приказал он, потом рявкнул: - Бегом, марш!

- Да оставь ты его в покое, - сказал трамбовщик. - С тем же успехом можешь биться лбом о стенку.

- Он сейчас под завязочку, - мрачно подтвердил Мик.

- Колотить кружки - такого за ним не водилось. Что ж это будет, если после пары глотков каждый за здорово живешь начнет бить мне посуду. Хорошенькое дело!

- Что с него возьмешь, Джо, - мирно сказал трамбовщик.

- Non compass mensit {Не в своем уме (лат.).}, - объяснил Мик.

А Марти, презрев суету, приосанился и заказал еще кружку.

- Нет, вы только поглядите, - горько жаловался бармен. - Хватает же нахальства.

- Да налей ты ему, - сказали все трое. - Он уже опамятовался.

Марти получил пиво. Теперь он разговаривал сам с собой. Они слышали, как он спорил, ругался. Потом сунул гранаты обратно в подсумок и вышел, печатая шаг.

_Трам-та-та-там, трам-та-та-там_ - шагает Марти, дублинский волонтер.