Как отвратительно, что человек дошел до такого состояния, рассуждает народ. И еще неизвестно, кто тут больше виноват, он сам или хозяин бара. Когда подошел трамбовщик с Миком и другим парнем, вокруг уже собралась кучка людей. Трамбовщик - слегка под мухой - встал на колени и приподнял Марти.
- Марти, друг, - говорит он. Марти пошевелился.
- Ну вот. К черту смерть, Марти! Старые солдаты вроде нас не умирают, мы просто тихо уходим.
- Смирно, - бормочет Марти.
- Так-то оно лучше, Марти. Так и действуй, друг, по-солдатски. И ради бога, - говорит трамбовщик уже Мику, - возьми его с другой стороны, да пошевеливайся, а то стоишь как истукан.
Когда Марти поднимают, из его кармана высыпается мелочь, и пока Мик с парнем подбирают ее, трамбовщик кепкой обтирает с его лица кровь. Затем осторожно смахивает с губ клочья пены.
- Ну что, всю мелочь подобрали? - спрашивает трамбовщик.
Мик беспомощно шарит взглядом по земле, говорит, что больше ничего не видно. Они уводят Марти домой. А на том месте, где он лежал, остается немного крови да у железной загородки из кучки пыли подмигивает серебряный шиллинг. Лежит и ждет, пока его не заметит прохожий с более острым зрением, чем у Мика. Потом они тяжело тащат Марти наверх по широкой лестнице, спотыкаются, и их ботинки гулко ухают на каждой ступеньке. Миссис Уайт, сестра, - в слезы.