- Ну и рубка пошла! - заметил Мик.

- Видать, полицейским музыка была не по вкусу, - сказал парень.

- Наша уж точно не по вкусу, - мрачно сказал Мик. - Марти приказал нам играть "Ирландских мусоров и козла".

- Вот он какой был, - закончил трамбовщик, прикладываясь к кружке.

Съежившись и вывернув голову, Марти щурился на них из своего угла. Бармен, знавший Марти много лет, кивнул на него и подмигнул трамбовщику.

- Мы сегодня не того, да, Марти? - сказал трамбовщик. - В среду пенсия, и мы сходим с рельсов.

- Уж сегодня мы точно под завязочку, - сказал Мик. - Еще малость, и запоем что-нибудь патриотическое.

- А с чего он такой? - спросил парень. Ему было не по себе, потому что Марти с бешеной ненавистью сверлил его взглядом.

- Контузило его. Мы с ним во Франции воевали, - ответил трамбовщик, а затем громко спросил: - Ну, как оно, Марти? Как делишки, друг?

Марти не сводил с них глаз.

- Он тебя не признал, - сказал Мик. - Может, чуть позже очухается.

Марти жил в том же доме, что и трамбовщик, а присматривала за ним его замужняя сестра. Трамбовщик рассказал, что давным-давно Марти был классным футболистом. Играл за "Святого Патрика", когда они отхватили Лейнстерский кубок. Обошли "Слиго" в финале. А после матча в гостинице был банкет, затем поехали на лошадях в Строберри Беде, играли на мелодионах и бог знает как налились пивом. Только когда все это было? Тогда ведь и кружка пива стоила два пенса, а сыра и сухариков - ешь сколько душе угодно. Денег за них не брали. Нынче уж не то.

- Миновали золотые денечки, - заявил Мик. - Что прошло - того не воротишь.

Трамбовщик сплюнул на опилки и, проскрежетав по полу тяжелым ботинком, растер плевок. Парень все не мог оторвать глаз от Марти. Марти же следил за парнем с винтовкой. Он приметил эту винтовку там, во Франции, когда они двинули в атаку и его сбило с ног взрывом.