Очнулся - ничего не видит, в голове - шум. Зрение потом вернулось, а в голове по-прежнему шумит, редко, когда становится легче. Если шум особенно донимает, Марти сжимается в комок и щурится. А иногда, выругавшись, ничком кидается на землю. Бывает, его прихватывает на асфальте, тогда миссис Уайт, его замужняя сестра, берет эмалированный тазик и смывает кровь. А на асфальте его прихватывает часто.

Марти вытащил из подсумка гранату, дернул зубами чеку и плавно взмахнул рукой. Когда пламя и дым рассеялись, он увидел перед собой три блестящие рукоятки, торчащие за тремя плечами, как ружейные дула - ими обычно подвигают кружки, - увидел зеркало с выведенной золотом рекламой виски, желтую грушу электрической лампы под белым абажуром - висит, даже не покачиваясь, - и широкую спину трамбовщика. Еще он услышал гул разговора, а с улицы - автомобильные гудки. Его кружка была почти пуста. Как насчет второй, Марти? Спрашиваешь! Разве птица полетит на одном крыле? Марти выудил из кармана блестящий серебряный шиллинг.

О Брайен, ты напился, Брайен О,

Вижу, глаз твой заслезился, Брайен О.

Я решил у англичан шиллинг взять,

Чтоб за них в их грязной сваре воевать,

Сам решился убивать.

Молли О

Марти отдал блестящий серебряный шиллинг бармену, взамен получив кружку и несколько пенсов сдачи.

- И все равно, - сказал трамбовщик, - "Фауст"- классная

опера.

- Я ее помню, - сказал Мик. - Что-то про дьявола.

- Ничего себе "что-то", - сказал парень.

- Он там продает дьяволу душу, - задумчиво продолжал трамбовщик. - И все ради девчонки.

- Ну и дурак! - сказал Мик. - Продешевил.

- Другие продавали и за меньшее, за кружку пива, например, или сребреник.

- Что правда, то правда, - сказал Мик.

- "Ты загнал свою душу за пригоршню монет и кусок копченой грудинки", процитировал трамбовщик.

- Это уж точно, - сказал Мик.