Приперла ивовым прутиком входную дверь, замок не защелкнула, и ушла - в чем была, в ночной рубахе, латаной-перелатаной. Потом семье объясняли, что у слишком старых людей такое случается и называется дромоманией, склонностью к бродяжничеству. Походит, поищет в лесах травки, покушает грибков с черникой - глядишь, и вернется. Но в розыск, раз такое дело, заявили. А в розыске, естественно, выслушали.

- Наверно, наша бабушка была колдунья, - серьезно шепнула Мите Каринка. - Смотри: ушла - и больше ничего не пропадает.

- Да ну тебя, - огрызнулся Митя, думая про себя, что в словах сестренки что-то есть. Бабушка, судя по всему, притягивала к дому всякие неприятные вещи. Они словно чувствовали в ней нечто родственное.

Каринка надулась.

- Тогда давай в прятки играть, - сказала она строго. - А то я папочке скажу, что ты со мной грубо разговариваешь.

Митя закатил глаза и глубоко вздохнул. Бог с ней, как-никак - старший брат, да и от невеселых мыслей отвлечемся.

- Чур, я первая! - завизжала Карина. - Не подглядывай!

- Добро, - кивнул Митя солидно. Как будто он не знал, где искать.

Он вышел в прихожую, уткнулся в стену и начал отсчет:

- Десять...девять...

- Так нечестно, - послышался из комнаты голос. - Я не успею. Давай с тридцати.

- Тридцать...- послушно забубнил Митя. - Двадцать девять... двадцать восемь...двадцать семь...- Считая, он прислушивался к стихающему шебуршанию.

- Готово! - донесся голос Каринки на тринадцати.

- Раз-два-три-четыре-пять, я иду искать, кто не спрятался - я не виноват, - выдал Митя скороговорку и отправился на поиски.

"В шкаф залезла, - подумал он сходу. - Вон, сопит оттуда. Ну, ладно, помурыжим".

- Та-ак, - изрек он вслух. - Под столом ее нет. Удивительно. И под диваном нет. Невероятно. И за занавесками - просто сказка! Куда же она подевалась? А-а-а!

И он торжественно распахнул дверцы шкафа.