***

Когда Преэдик привозит улов домой, жена сидит, уткнувшись носом в телевизор, и слушает мудрое и сочувственное выступление Папы Иоанна Павла Второго.

— Хватит тебе на чужих мужчин заглядываться! — громогласно заявляет Преэдик с порога. — Рыба ждет во дворе!

— Потише, потише… — урезонивает жена.

— Ты слышала — рыба во дворе!

Жена вздыхает, но продолжает смотреть. Папа говорит:

«Сегодня мне доставляет удовольствие лично разделить с вами радость по поводу полного восстановления национальной независимости. Да благословит Господь Эстонию и каждого ее жителя!»

— Спасибо, — растроганно шепчет женщина в доме на Абруке. Она выключает телевизор, покрывает его вышитой скатеркой, чтобы солнце экран не повредило, и переводит взгляд на стоящего в дверях мужа.

— О какой рыбе ты толкуешь?

— Сама посмотри! — Преэдик машет рукой в сторону двора. — Полный кузов. Самого лучшего сорта салака.

— Чудо из чудес. Так море еще не совсем оскудело?

— То-то и оно, — не без гордости отвечает муж.

Она с удивлением продолжает разглядывать Преэдика.

— Щечки у тебя зарумянились, глазки так и бегают. Будто на молоденьких девок засматривался.

— Будет тебе…

А ведь причиной тому — бодрящее утро, море с его миражами и тремя тоннами отборной салаки, разгорячившими старого рыбака. Три тонны! После стольких порожних дней. Три тонны, когда в душе уже зрела злость, росло подозрение, что ДУХ САЛАКИ повернулся спиной к их прибрежным водам.

— Может, сперва нажаришь полную сковородку? Со сметаной и лучком.

— Конечно, — кивает жена.

— А потом почистим и в соль.

— Никак не выйдет.

— Это почему же?

— А потому, что в доме соли нет.

Совсем неожиданная для Преэдика новость.

— Ты что говоришь-то? — и у мужика лицо вытягивается.