Она прижалась к нему всем телом. На ней все еще было надето тонкое льняное платье, сквозь которое Лэсситер мог ощущать все изгибы ее обворожительного тела.

— Тогда давай хотя бы еще раз ощутим близость друг друга, — прошептал Лэсситер. — Ты хочешь? Прежде чем наступит день, я скроюсь.

Она поцеловала его, и он почувствовал, что Луа очень возбуждена.

— Пойдем! — простонала она.

Вдруг оконные стекла разлетелись вдребезги. Дверь резко распахнулась.

— Стойте не двигаясь! — прогремел чей-то голос. — Или мы продырявим вас!

Они остановились. Лэсситер держал винчестер скрытым за спиной у Луа.

— Отойди от него, Луа! — потребовал говоривший у двери. — Тебя мы хотим еще сохранить на некоторое время.

Он злорадно засмеялся. Другие у окон присоединились к нему.

Лэсситер полагал, что эти люди так сразу не станут стрелять. Возможно, Луа все же сильно преувеличивала. Он сомневался, что люди Кинсберга могут просто из подозрения прихлопнуть человека. Лэсситер хотел вести переговоры. Но до этого дело не дошло.

Луа среагировала невероятно быстро. Одним прыжком она отлетела в сторону.

Одновременно негодяи открыли огонь. Но и Лэсситер тоже успел среагировать и одним резким движением переместился с линии огня. Грохот выстрелов наполнил салун. Несколько пуль царапнуло Лэсситера, но он этого практически не почувствовал.

С дьявольской скоростью он открыл ответный огонь. Прошло, может быть, две или три секунды, а он уже сделал пятнадцать выстрелов. Он держал на прицеле все проемы окон и дверей, направляя ружье туда и сюда.

Он полагался на свою удачу, и она осталась верна ему. Это подтвердили крики ужаса нападавших. Никто из них не рассчитывал на подобное сопротивление.

Лэсситер понял, что выиграл первый раунд. Тем не менее он сделал прыжок в сторону и оказался в безопасности за каменной стойкой.