Все пятеро носили белые камуфляжные куртки зенитчиков времен Норвежской войны, густо усаженные заклепками. На каждой куртке, на правой стороне груди, виднелось слово «Дьявалы» — за исключением парня в очках, у которого слово было написано правильно, и бедного Шнобеля, у которого оно вообще отсутствовало. Я вздрогнул и невольно задумался — где же их пес…

Парень с обритой головой открыл рот и голосом Фермана проговорил:

— Так как? Расскажешь нам, что все это значит? Или хочешь, чтобы мы приготовили барбекю? Тогда Шнобель наконец-то получит свой значок.

— Я предпочел бы иметь дело с кем-нибудь из Милашек, — заныл Шнобель.

— Ты предпочел бы отыметь кого-нибудь из Милашек, а? — сказал Джет, сложив пальцы в недвусмысленном жесте.

— Прекратите! — холодно сказал Ферман и уставился на меня. — Дайте сказать нашему гостю.

А я молчал. Я прикидывал, в какую сторону легче рвануть, когда я вскочу на ноги…

— Итак?

Что делать? Хорошую мину при плохой игре? Возможно, бравада окажется наилучшим образом поведения. Может быть, мне удастся заслужить их уважение… И я решился.

— А что я должен говорить, Ферман? — Я оттолкнулся локтями от асфальта и сел. — Что-нибудь эдакое? Играешь в вождя дикарей, который говорит жертве: «А ну-ка, задай мне загадку. Если не отгадаю — отпущу. А отгадаю — съем…» Так, что ли?

— Чё это он болтает? — спросил Джет.

— Если мы и приготовим сегодня какое-то блюдо… — Шнобель покосился на меня, — то его подам я.

Ферман развел руками, словно говоря: «Ну, что я могу поделать?»