По-видимому, таможенные пошлины, бандит-ские "накрутки" и налоговые поборы на продовольственных импортеров делают в конце концов свое черное дело, доводя ценовую ситуацию на нашем рынке до полного абсурда: самые высокие цены в одной из самых бедных в Европе стран на сегодняшний день, с горечью подумалось мне. Толк из всего этого, однако, получится только при условии введения частной собственности на землю.

Об этом я размышлял, когда Владимир неожиданно остановился как вкопанный перед витриной с полуфабрикатами для гриля. Минуту-другую он молча обшаривал свои карманы.

- Ты что, решил приготовить шашлык? - пошутил я.

- Да нет, - с досадой сказал он. - Я, кажется, забыл взять свой кошелек и кредитки из дому.

Тележка между тем была уже почти доверху наполнена отобранными им продуктами.

- У меня есть 300 франков, - постарался успокоить я Владимира. - На сколько здесь примерно продуктов?

- Думаю, франков на 400, не меньше, - секунду он был в полном смятении, но потом решительно направился к кассе, толкая перед собой тележку. Поговорил с администратором, чтобы она разрешила отпустить ему продукты в долг: как-никак он ведь у них постоянный клиент.

По реакции милой молоденькой администраторши было видно, что она его узнала. Выслушав Владимира, она сказала: "Нет проблем!" - и провела нас через расчетный узел. На мои 300 франков был выбит оплаченный чек, а кредит составил 162 франка.

- За все время, что я живу здесь, такое приключилось впервые, - сокрушался Владимир, когда мы шли из магазина к припаркованному у тротуара автомобилю. Нужно сегодня же завезти сюда свой долг.

- Кредит - это доверие, - заметил я. - Иногда можно пожить и в кредит. Не случайно же все великие люди (вспомни, например, Цезаря) когда-то жили в долг (иногда годами).

Володя рассмеялся, и мы поехали домой. Вскоре кассирши и администраторы магазина начали узнавать меня и мило со мной раскланиваться.