В один из этих дней мы вернулись с пляжа, изнуренные жарой, и увидели у подъезда нашего корпуса несколько грузовиков, нагруженных мебелью. И, как бывает, не оказалось поблизости никого из персонала, чтобы сгрузить привезенное. Шоферы доказывали, что их дело сидеть за баранкой и что они-де не обязаны выполнять роль грузчиков. Расселись под платанами и равнодушно курили, заявив, что, если не разгрузят мебель, они ее отвезут обратно на базу.

Тогда собрались повара, сестры, врачи и сами стали сгружать мебель.

Увидев это, дядя Миша тут же сбросил с себя курточку и энергично стал помогать носить стулья, столы, шкафчики и все, что попадалось под руку.

Глядя на дядю Мишу, в дело включились и другие отдыхающие, правда, их было не так уж много. Некоторые, поглядев, как кипит работа, отделывались кое-какими шутками, остротами и отправились в палаты…

Бывало, что спустится дядя Миша со своего этажа, посмотрит, как старенький садовник убирает в саду, схватит Шланг и начинает поливать цветы, деревья, окаменевшие от зноя. Не гнушался и браться за метлу, чтобы подмести аллею от сухих листьев.

И многие пожимали плечами:

– Ну и дядя Миша! Оригинал!..

– Какой-то странный человек. Чудак. Делать ему, что ли, нечего?

– Приехал на отдых, так отдыхай, и все тут!..

Когда дядя Миша не приходил на пляж, становилось как-то пусто, скучно. Не над кем было подтрунивать.

Спрашивали друг друга, куда же он девался. Не простудился ли наш новый отдыхающий вчера вечером, когда хлынул вдруг проливной дождь, а он, чудак, стоял под холодными струями с лопатой и копал канаву, чтобы не залило подвальное помещение санатория, где хранятся продукты. Он, дядя Миша, да еще старенький инвалид-садовник, стояли и рыли сток, не прячась от дождя, в то время как все укрылись под навесом и под платанами.