Сон длился лишь несколько мгновений. Но за то кратчайшее время во мне что-то будто надломилось. Во рту стало так сухо, как это бывает только при сахарном диабете, и, когда я провел языком по небу, мне показалось, что оно у меня заросло жесткими колючими волосами. Я вышел из-за стола и направился к выходу, где стоял столик с водой и фруктами. Я выпил содовой воды и, скрывая тяжелое дыхание, вернулся на место. Я решил не возвращаться сегодня домой, а поехать к своей женщине. На окраину города. Поближе к природе. Где нет и не может быть никаких записей снов.

Мы с ней давно не виделись. Месяц. А точнее месяц и четыре дня. Мы поссорились. Я не выдумываю, я действительно уже не помню, из-за чего именно произошла ссора. Из-за какой-то чепухи. Кажется, из-за того, что я вызвался сам помыть посуду после нашего ужина, а потом вдруг обиделся, что она мне не помогает. Она не любит мыть посуду, и я подозреваю, что в мое отсутствие грязные тарелки она попросту спускает в мусоропровод.

Во всяком случае, я не остался у нее на ночь, а уехал домой. И на следующий день не позвонил ей по телефону. И она мне не позвонила.

Сегодня я приехал без предупреждения. Как же она мне обрадовалась! Она вся словно светилась. Она смеялась и говорила, что это удивительное совпадение, что только чудом мы не разминулись, что сегодня она сама собиралась приехать ко мне, что она поняла: мы уже никогда и ни из-за чего не поссоримся. И к грязной посуде она меня теперь и близко не подпустит. Она сама будет ее мыть. Ведь это такое удовольствие – вымыть посуду после того, как из нее ел любимый. Прежде она этого просто не понимала.

При этом она все время приподнималась на носках, словно ей хотелось взлететь, и черные густые ее волосы, будто наэлектризованные, топорщились в стороны, и в концах нежных губ зарождалась счастливая улыбка.

– Подожди, – сказал я. – У тебя тут записей не ведется?

– Каких записей?

– Ну этих… Снов.

– Ну что ты? – удивилась она. – У нас здесь брусника. И медведи едят овес. И на мой семнадцатый этаж в окно залетают бабочки-бражники. С тихим свистом. Кого здесь записывать?… Ты приляг, – перебила она себя. – Отдохни немного. А я сбегаю за любовным напитком.