– Дом-то в конце восемнадцатого века строили, – ответил Крокодил. – Это ж не современная постройка. У меня мать в таком же живет и легко поднимается. Вот только их бы подремонтировать было неплохо. Мог бы депутат выделить средства.

Колобок промолчал, но насчет ступенек согласился.

Наконец они оказались у нужной двери. Дверей на каждой площадке было по две, причем на первом этаже стояли хлипкие с множеством звонков и табличек, а начиная со второго этажа и выше шли железные. Значит, на первом до сих пор остаются коммуналки, – решил Колобок.

Крокодил внимательно осмотрел дверь в квартиру депутата, на всякий случай позвонил и взялся за работу.

– А у нас фирмачи, рекламируя свой товар, заявляют, что установленные ими двери вскрыть невозможно, – хмыкнул Валера из Новосибирска.

– Давай я к тебе в гости приеду и на спор с этими фирмачами вскрою любую, – не отрываясь от работы, сказал Крокодил.

– Да у нас и свои специалисты есть, – захохотал окончательно не протрезвевший Валера. – Как почитаешь сводку происшествий…

– Тихо вы! – прошипел Колобок. – Нашли место для разговоров!

Однополчане тут же смолкли. Крокодил работал, Валера внимательно следил и восхищенно цокал языком, Колобок подошел к окну на площадке и оглядывал пустынную улицу. Но в половине пятого утра в субботу там никого не было. И ни из одной квартиры никаких звуков не доносилось. Может, и получится?

Крокодил показал свой класс, депутатская дверь не устояла, они быстренько проскочили в квартиру, закрыли дверь изнутри (Крокодил работал так, чтобы замки открыть, но не сломать) и сделали несколько шагов по коридору.

– Ишь ты, и сигнализации нет, – хмыкнул Крокодил.

– Нас же предупредили, – напомнил Колобок.

– Какой самоуверенный депутат, – хохотнул Валера. – Считает, что его всегда и везде защищает неприкосновенность?

Колобок шел последним и первым услышал за спиной странный звук, резко обернулся – и застыл на месте с открытым ртом. Крокодил с Валерой обернулись почти сразу же после него и тоже превратились в соляные столбы.