Дани: Хорошо, вы правы, меня заносит время от времени. Да, Аврум еще тот тип. Но, можете мне не верить, его странности меня особенно не занимали. Когда я думаю об этом сейчас, возникает множество справедливых вопросов, которые вы можете задать. С одной стороны, он был послом израильской культуры, с другой стороны, его манеры ниже любого приемлемого уровня, а вербальные возможности крайне ограниченны. Как эти качества могли совмещаться в одном человеке? Как этот косноязычий человек стал послом израильской культуры?

Не спрашивайте меня. Забавнейшим образом он превратил свой недостаток в преимущество. Он следовал инстинктам. Молниеносно усваивал альтернативные формы общения. У него был удивительный талант подхватывать диалекты, акценты, сленг и профессиональный жаргон. Думаю, он был хамелеоном жаргона, ученым идиотом.

Берд: Я понимаю, куда вы клоните. Но теперь вы меня слегка запутали: как же он общался с вашими юными поклонницами, как вытаскивал их из толпы?

Дани: Вы имеете в виду писявок у служебного входа?

Берд: Ну, например.

Дани: Я не думаю, что он хоть как-нибудь к ним обращался. Вообще сомневаюсь, что он разговаривал с женщинами не по делу. Уверен, что он предавал сексуальности большое значение, хотя сам был далек от плотских страстей. Он прогуливался меж девиц, разглядывал, прикидывал, выбирая тех немногих, что соответствовали моим критериям. Не думаю, что он разговаривал с ними. Он был достаточно выразителен, когда это касалось шоу-бизнеса — прейскурант, транспорт, программа; но говорить с женщиной — это уже совсем другой коленкор. Общение с женщиной — искусство само по себе. Далеко не все мужчины наделены этим редким даром. Так вот, я думаю, он просто указывал на выбранную девицу пальцем и передавал с рук на руки охранникам, которые и пропускали ее в мою гримерку.