У вас достаточно работы в гостиной. Заприте все дверцы.

ФЕРНАНДА. И книжные шкафы?

КРИСТИН. Нет. Только с хрусталем и фарфором. Книги теперь никого не интересуют.

ФЕРНАНДА. Слушаю, мадам.

Уходит.

КРИСТИН. Совсем забыла, что она здесь, я хотела тебя спросить, как ты решилась на это?

ЛОРЕТТ. Если б ты видела, как он плакал! «Все потеряно! я пропал!» По-моему, он был готов повеситься…

КРИСТИН. Так пусть бы он сам их принимал. Свалить на тебя такую работу!

ЛОРЕТТ. Тебе хорошо говорить. Он же шагу сделать не может. За ним следят с утра до вечера. Каждый жест, каждый взгляд анализируется. Я не знаю, что было бы, если б ты не разрешила проделать это в твоем доме!

КРИСТИН. Пустяки! Не могу же я оставить в беде любимую подругу. Его проблемы меня мало интересуют. На твоем месте…

ЛОРЕТТ. На моем месте ты бы поставила точку. И сложила ручки. А я не умею складывать ручки. Я успокоюсь только тогда, когда все придет в норму.

КРИСТИН. Дай тебе Бог!

Целуются.

Не забудь — в семь мой муж будет дома. Пока!

Уходит.

Лоретт подбирает себе место для встречи с предполагаемыми собеседниками. Садится в кресло. Пересаживается в другое. Ищет позу. Вызывает Фернанду колокольчиком. Затем опять пересаживается.

Входит Фернанда, но Лоретт ее не замечает и продолжает поиски места и позы.

ФЕРНАНДА (кашлянув, чтоб обратить на себя внимание). Мадам…

ЛОРЕТТ. Да… Что я хотела тебя спросить?..

ФЕРНАНДА. Откуда ж мне знать, мадам?