По возвращении в Новый Орлеан я отправился на почтамт за письмами. В то время письма не разносились по домам, и надо было или посылать за ними, или являться самому. Я предпочел последнее. На почтамте было много народу, так как пришла европейская почта. Стоя в очереди, я то и дело слышал фамилии спрашивавших о письмах.

Приблизившись к окошку выдачи писем, я вдруг услыхал хорошо мне знакомое имя Луи де Хотероша. Зная, что мой друг должен получить письмо от госпожи Дардонвилль, я заинтересовался, какое же впечатление оно произведет на него. Мне хотелось видеть выражение лица своего друга, хотя, судя по голосу, я начал думать, что это был не сам Луи, а его посыльный. Передо мной стояло трое или четверо господ высокого роста, из-за которых я толком ничего не мог разглядеть. «Зайду к нему в контору и там все узнаю», — подумал я.

В это время человек, получивший письмо для Хотероша, вышел на улицу. Мне казалось, что я вижу Луи, но в этом я не был вполне уверен, так как он шел спиной ко мне; на миг он повернулся, и мне показалось, что это скорее лицо Депара, чем Луи. Хорошенько разглядеть его мне так и не удалось, кто-то стал передо мной и заслонил окно.